Институт бизнеса и права
Сборник научных трудов
Внимание!
При использовании материалов сборника ссылка на сайт и указание автора обязательно

 
новости
об институте
правила приёма
научная работа
      конференции
      СНО
часто задаваемые вопросы
форум
баннеры, игры, ссылки
Филиалы:

Нижневартовск
Череповец



Rambler's Top100  
 
 
 

designed by baranenko.com  

Powered by Sun

РЯЗАНЦЕВА Л.Ф.
Кандидат философских наук, доцент
Санкт-Петербургский государственный университет низкотемпературных и пищевых технологий

Роль философии в реализации индивидуальной свободы и творчества

Одна из основных задач философии – помочь человеку стимулировать в нем творческие, созидательные силы. Чем масштабнее и яснее человек мыслит, тем отчетливее он осознает свое бытие: смысл жизни, предназначение его в этом мире, уязвимость своей индивидуальности и т.д.

Творческий характер человеческого духа в сфере понятийного мышления в наиболее яркой форме выразился в выработке термина «единое». В философии основным и первым референтом этого термина является понятие «бытие». Творчество, основанное на свободном, креативном (созидательном) акте, с одной стороны, является для человека единственно возможным способом утвердить свое бытие в мире через создание «второй» природы – культуры, а с другой – именно посредством свободы и творчества обретается действительно целостное взаимодействие различных проявлений жизни, «предлагающих» себя думающему, культурному человеку для совместного сосуществования в процессе бесконечного развития мира.

Категория свободы считается одной из высших человеческих ценностей, стремление к которой свойственно людям на протяжении всей истории общества. Несмотря на многочисленные исследования, понятие свободы остается недостаточно определенным в культурологической теории. Еще Г.Гегель в свое время писал, что «ни об одной идее нельзя с таким полным правом сказать, что она неопределенна, многозначна, доступна величайшим недоразумениям и потому действительно им подвержена, как об идее свободы, и ни об одной не говорят обычно с такой малой степенью понимания ее» [1]. Человек – единственно живое существо на планете, способное быть свободным. И человек – единственное существо, созидающее культуру. Человеческое бытие – это бытие в культуре. Человек живет в культуре с самого начала, с момента возникновения человеческого рода. Качество жизни человека тесно связано с реализацией принципа свободы в культурной жизни общества. Культура – это все то, что существует в силу и в результате человеческой свободы, является ее предметным воплощением. Таким образом, культурологическая деятельность неотделима от свободы – чтобы творить, человек должен обладать свободой. Однако не всякая свобода есть благо. Без нравственных ценностей свобода может быть губительна. Она может привести к распаду личности, к деградации человека.

В своем развитии культура подчиняется общим законам функционирования живых систем. Биологически человек продолжает свою экзистенцию во времени путем продолжения рода, духовно – культурного созидания, творчества. Творчество есть специфически человеческий способ утверждения жизни, преодоления духовного вырождения. Творческой способности лишено все остальное в природе.

Интересно, что по данному вопросу в европейской культуре XX века со стороны альтернативных и конкурирующих – атеистического и религиозного мировоззрений больше сходства, чем различий. Независимо от интерпретаций существа онтологических и гносеологических составляющих феноменов творчества и свободы – наука и религия, разум и вера едины в том, что сутью и высшими ценностями человека являются именно свобода и творчество. Атеизм и материализм рассматривают их в качестве ценностей, имеющих естественное происхождение. Религия, опирающаяся на веру и авторитет Священного писания, признает сверхъестественное, божественное происхождение этих ценностей, как и самого человека. Бог является Творцом, а потому человек, созданный по Его образу и подобию, также имеет творческую способность. Например, французский богослов О.Клеман в работе «Вопросы о человеке» писал, что «Христианин, готовит преображение, которое опережает историю …Он способен воспользоваться любой исторической возможностью, чтобы помочь творчеству свободы, справедливости, достоинства… Человеку необходимы справедливость и счастье, но также риск, трагическая глубина существования… Христиане, служащие истории, должны считать свободу не только целью, но и орудием, способом действия"[2].

Взаимно дополнительную данной идее мысль, давно уже воспроизводимую в лоне церкви озвучил русский философ Н.Бердяев: «Творец дает человеку – своему образу и подобию – свободную творческую мощь. Творчество человека подобно творчеству Бога, не равно и не тождественно, но подобно. Человек не есть абсолютное и потому не может обладать абсолютной мощью. В своем творчестве человек связан с другими людьми и со всем миром существ, он не всесилен. Но в личности человеческой есть оригинальная творческая мощь, подобная Божьей»[3].

В таком отношении к миру как к чему-то постоянно творимому (или по другой версии саморазвивающемуся) разум и вера, наука и религия видят ключ к ослаблению и обузданию социального отчуждения, деструктивных социокультурных процессов. Разум и вера, секулярная гуманистическая культура и церковь едины в стремлении помочь человеку через обретение им духа свободы и творчества избавиться от мистерий отчуждения, уйти от потребительского отношения к культуре, они видят свою задачу в том, чтобы помочь человеку преодолеть греховную и рабскую психологию «завладения», подчинения, обладания.

Культура с ее духом творчества и свободы – это то, чем нельзя владеть, ею можно только любовно и терпеливо овладевать, это то, что обретается только в собственном духовном усилии. Можно присвоить какие угодно достижения цивилизации, но культуру, составляющую самую душу народа, можно познать лишь путем глубокого и творчески деятельного соприкосновения и сопереживания. «Дары» цивилизации часто оказываются для современного человека «дарами данайскими», он становится рабом вещных, животно-телесных отношений. Об этом, в частности, в начале XX века писал О.Шпенглер в «Закате Европы», имея в виду цивилизационные преобразования культуры, когда народ (творец культуры) превращается в массу (население). Такая масса агрессивна и алчна, не может творить, а в состоянии лишь потреблять и разрушать. Она не способна к живому креативному порыву, но только – к переработке живого в мертвое. Ее главное желание – «хлеба и зрелищ»[4].

Психической компенсацией неудовлетворенного творческого голода и вытесненной в сферу подсознания свободы, желания самоутверждения очень часто являются анархия, стадные формы нарочито иррационального поведения. Общество, которое не может и не хочет предоставить своим гражданам реальные возможности гуманистического творческого самоутверждения – несвободное общество.

Всякий исторический шаг на пути к свободе, с одной стороны, увеличивает творческую мощь человека, стимулирует его и других людей креативную инициативу, а с другой – порождает отчетливое осознание своего бессилия разрешать с помощью разума имманентную его природе экзистенциальную дихотомию между реальным «бытием к смерти» и верой в бессмертие.

Новейшая история России показывает, что экстенсивный рост свобод – слова, печати, творчества – отнюдь не автоматически ведут к повышению качества жизни и общественной культуры. Но сплошь и рядом этот процесс приводит к усилению негативных, разрушительных для души человека тенденций, составляющих ядро так называемой «массовой» культуры, которая создается (но не творится) по заказу и под давлением сил, господствующих в экономике, политике, идеологии. Массовую культуру отличают приближенность к элементарным потребностям, ориентация на массовый спрос, инстинктивная чувственность, примитивная эмоциональность. Ярким проявлениям массовой культуры сегодня является консьюмеризм (установка на потребительство) – это и развлекательный кинематограф, и музыкальная эстрада с их установками на раскрепощенную эротику и сексуальность, развлекательный досуг, различные шоу, реклама, мода, профессиональный спорт и т. п.

Негоэнтропийные процессы духовного творчества, питающие, до сих пор, мировую, в том числе и европейскую культуру, шли, преимущественно, в тех регионах, где удавалось сохранить дух национальной самобытности и коммунитарные традиции гуманистического, духовного общения. «Культура, – писал в конце XIX века философ К.Леонтьев, есть не что иное, как своеобразие, а своеобразие ныне почти везде гибнет преимущественно от политической свободы. Индивидуализм губит индивидуальность людей, областей, наций» [5].

Таким образом, следует признать, что далеко не всякая свобода благотворна. Свобода, дистанцирующаяся от дисциплины, права, гуманитарных нравственных ценностей ведет к деградации и опошлению, как творчества, так и самой человеческой экзистенции. Свобода может быть анархичной и разрушительной, а творчество принимать уродливые разрушительные для самобытной национальной культуры формы.

События конца XX начала XXI веков показывают несостоятельность и опасность бездуховной свободы механического единства «атомизированных» индивидов (Н.Бердяев) в обществах организованных по законам этой самой свободы. Русский мыслитель Ильин И. отмечал, что «… дух имеет силу и власть создавать формы и законы своего бытия, творить себя и способы своей жизни. Ему присуще способность внутренне освобождать себя, ему доступно самоусиление и самоопределение к благу. Освобождать себя значит, прежде всего, собрать свою силу, чтобы быть сильнее любого влечения своего, любой прихоти, любого желания, любого соблазна, любого греха. Это есть извлечение себя из потока обыденной пошлости – противопоставление ее себе и себя ей – усиление себя до победы над ней»[6].

Культуру, которая является способом человеческой экзистенции и составляет самую душу народа, невозможно понять вне категорий творчества и свободы. Каждый человек обладает способностью творить, поскольку она является чертой человеческого духа. Благодаря этой способности в человеческом сообществе, несмотря на единство людской природы, наблюдается чрезвычайное многообразие обычаев, общественных укладов, политических систем. Человек не может утверждать свое бытие (экзистенцию) в историческом времени иначе как через творческое преодоление все новых и новых задач, задаваемых ему природой и социальной жизнью. Он, можно сказать, обречен на творчество, на строительство вокруг себя культурных миров. Свобода и счастье, творчество и полнота бытия не даются и не могут быть даны человеку в готовом виде, они не гарантированы никакими достижениями социума – ни в прошлом, ни в настоящем. В каждой жизненной ситуации человек сам должен совершать свой выбор таким образом, чтобы воплотить и сохранить аутентичность своего бытия. Нет, и не может быть универсальных рецептов принятия решений и реализации индивидуальной свободы и творческих возможностей. Каждый сам обязан решать, как использовать свою свободу, каким образом – творческим или рутинным – организовывать свою жизнедеятельность. Подлинная свобода и творчество всегда должны быть соединены с добродеянием, добротворением, а значит с общечеловеческими нравственными ценностями национальной культуры. Не имея четко очерченной экологической ниши, человек разумный постоянно вступает в диссонанс с природой и утверждает силой свое право на жизнь посредством научно-практической деятельности и умножающей его возможности социальной организации. Можно сказать, что творческий и коммунитарный характер человеческой экзистенции предопределен самой его природой и является для вида Homo Sapiens наиболее адекватным способом существования.



Библиография

Гегель Г. В. Ф. Энциклопедия философских наук. – Т.3. – Мысль, 1977. С.324
2Клеман О. Вопросы о человеке. М., 1972.
3Бердяев Н. Философия свободы; Смысл творчества. М.: Правда, 1989.
4 Шпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. Т. 1-2., М., 2003.
5Леонтьев К. Византизм и славянство //Россия глазами русского человека: Чаадаев, Леонтьев, Соловьев. СПб, 1991.
6 Ильин И. А. Почему мы верим в Россию: Сочинения / И.А.Ильин. – М.: Эксмо, 2006. С. 183


предыдущая статья следующая статья

Cборник научных статей
«Проблемы системной модернизации экономики России: социально-политический, финансово-экономический и экологический аспекты»,
СПб.: Институт бизнеса и права, 2010
© Институт бизнеса и права с 1994 года