Институт бизнеса и права
Сборник научных трудов
Внимание!
При использовании материалов сборника ссылка на сайт и указание автора обязательно

 
новости
об институте
правила приёма
научная работа
      конференции
      СНО
часто задаваемые вопросы
форум
баннеры, игры, ссылки
Филиалы:

Нижневартовск
Череповец



Rambler's Top100  
 
 
 
be number one  

designed by baranenko.com  

Powered by Sun

СУСИК Н. И.
Д.э.н., доцент,
Санкт-Петербургский государственный университет низкотемпературных и пищевых технологий

Управляемость глобальной экономики

Глобальный экономический кризис продемонстрировал необходимость учёта внешних угроз национальной экономики, в том числе в практике управления хозяйственной сферой в России. Хотя менеджмент XIX и XX веков сохраняется, так называемый менеджмент модерна, существует и отличительная особенность менеджмента XX века. По Л.-Л. Никулину она представляет собой «расщепление единой (общей) тенденции развития традиционного (канонического) тейлоризма и его менеджмента на две, один вектор которой развил каноны тейлоризма, отображая реальную не контрактную командно-регулируемую функциональную (технологическую) экономику, другой вектор – контрактную институционально-трансакционную экономику и ее современное прочтение менеджмента» [40].

Отличие менеджмента постмодерна от классической системы управления проявляется в отсутствии как такового субъекта управления, корректирующего параметры управления. В любой системе субъект управляет объектом определенными параметрами для достижения результата. В условиях глобализации экономики управляемость нарушается, поскольку «такие важные инструменты, как денежно-кредитная политика, ставки процента и технологические инновации, в высокой степени зависят от глобальных тенденций» [41], выходят за рамки экономической политики национального государства, осуществляющего макроэкономическое регулирование.

К. Сио отмечал: «Неподконтрольная отдельной фирме национальная и международная экономическая обстановка сильно сказывается на возможностях получения и цене экономических ресурсов, приобретаемых ею. К таким ресурсам относятся рабочая сила, материалы, комплектующие, механизмы и оборудование. Национальная и международная экономическая обстановка также сказывается на доступности и стоимости финансирования, особенно на процентной ставке. Оказывая влияние на доходы, национальная и международная обстановка сильно влияет на возможности реализации продукции фирмы» [42].

В условиях неопределенности постмодерна рычаги воздействия на объект, как в модерне, не всегда срабатывают. Это связано с тем, что в современном мире, наряду с причинно-следственными связями, существуют не детерминированные связи, когда следствие проявляется раньше причины. Исследование таких связей осуществлялось еще в 1970-х годах (Г. Хакен) как синергетический подход, основывающийся на концепции регулирующих (управляющих) параметров, т.е. небольшого числа наиболее важных характеристик, определяющих основные свойства и поведение системы. Такой подход отличается от рычагов воздействия менеджмента модерна. Ожидания уменьшения объемов добычи сырой нефти или уменьшения запасов крупнейшими потребителями в современном мире приводят к росту цен на нее. Проблемы энергетической и экологической безопасности стран активизируют поиск возобновляемых источников энергии и ликвидации зависимости от основных поставщиков.

В менеджменте этот процесс можно назвать «конструирование будущего» на основе изменения управляющих параметров. Менеджмент постмодерна основывается не на прошлых достижениях, а на будущих оценках. В таком случае будущее определяет настоящее, а не прошлое определяет будущее (как было в постиндустриальную эпоху). Таким процессам отвечает манипулирование управляющими параметрами (денежно-кредитная политика, ставки процента и технологические инновации) в глобальной экономической системе, отражающей меняющийся постиндустриальный мир, конструирующий будущее.

Так, при смене курса резервных валют (американского доллара и евро) в ту или иную сторону, в глобальной экономике дешевеют или дорожают ресурсы (финансовые, материальные, трудовые). Изменение процентной ставки Федеральной резервной системы (ФРС) США влияет на темпы роста ВВП и инфляцию в странах мира. Технологические инновации позволяют опережать конкурентов в борьбе за производство и сбыт товаров. Поэтому сильные страны мира привлекают высококвалифицированных специалистов со всего мира, чтобы контролировать процесс внедрения технологических инноваций.

В открытой экономической системе цены на импортные и экспортные товары заданы мировым рынком в иностранной валюте, к курсу которой «привязаны» национальные цены на товарных рынках.

Таким образом, валютный курс выступает одним из управляющих параметров глобальной экономики, поскольку оказывает существенное влияние на состояние финансовой и денежно-кредитной сфер всех стран.

Изменение процентной ставки связано с регулированием инфляции, темпов роста ВВП и инвестиций. Так, снижение процентной ставки побуждает инвесторов к развитию бизнеса, в том числе и за счет получения более дешевых кредитов. Увеличение процентной ставки ведет к сокращению заимствований у банков и уменьшению темпов роста инфляции. Управляемость в глобальной экономике проявляется в использовании процентной ставки за кредит, как управляющего параметра, применяется как инструмент борьбы с инфляцией или активизации темпов роста ВВП и инвестиций.

Конструирование будущего вызывает эффект синергии в новых пространственных структурных организациях, как объектах управления. Лидирующие субъекты рынка имеют возможность перекладывать риски на формально независимые предприятия; контроль и управление ресурсами в глобальной экономике – основа экономических отношений. На процесс организационной трансформации в деловых сетях (основных организационных формах постмодерна) оказывают решающее влияние два фактора: глобализация рынков и вложений, а также технологические изменения, которые приводят к быстрому старению оборудования, поэтому фирмам приходиться неустанно обновлять информацию о процессах и продуктах: «В таком контексте кооперация есть не только способ разделить между собой затраты и ресурсы, но также страховой полис против неудачного технологического решения: от последствий такого решения должны также пострадать и конкуренты, поскольку сети всеохватны и взаимно переплетены» [43].

Неопределенность и неустойчивость, порождаемая научно-техническим прогрессом и глобализацией, ведут к тому, что основные производители стараются переложить риски на формально независимые предприятия. Возникают формы зависимости и контроля с помощью рыночных (формализованных) и нерыночных (неформальных) методов. Преобладающей становится организационно-управленческая структура (на микро- и макроуровнях), в которой компактное руководящее ядро (где сосредоточены административный и финансовый контроль, стратегические научно-технические исследования) окружено пестрой периферией субподрядчиков и консультативных фирм. Между ведущими производителями устанавливаются сложные сочетания долгосрочного сотрудничества и постоянной конкуренцией за лидерство. В результате непрерывно возникают и развиваются олигополистические рынки.

На периферии наиболее квалифицированные участники обеспечивают себе более или менее равноправные отношения взаимозависимости с центром. Менее квалифицированные ведут ожесточенную конкурентную борьбу за возможность приобщиться к деятельности объединения. Чем ниже квалификация, тем острее конкуренция, которая превращается в борьбу за выживание.

В мире постмодерна контрактные отношения постепенно заменяются бесконтрактными, поскольку с периферическими структурами контрактов не заключают. Как считает Л.-Л. Ф. Никулин, необходимо учитывать новую эстетику виртуально-знаковой координации как сочетательности воздействия регулирования и менеджмента [44]. Поскольку государственное регулирование опосредуется управляющими параметрами, то, на наш взгляд, в менеджменте постмодерна они дополняют принцип сочетательности.

Так, внешние воздействия со стороны различных субъектов глобального порядка на то или иное национальное хозяйство приводят к тому, что подрывается основа воспроизводственного процесса отдельно взятой экономической системы. Поэтому исследование в современных условиях необходимо переносить из области поиска оптимальных параметров развития национальной экономики, как целостной самовоспроизводящейся системы, в область поиска оптимального направления развития национальной экономики, как части глобальной мирохозяйственной системы.

Кроме того, локальная ограниченность национальных рынков в современной экономике была подорвана тенденцией к увеличению пространства, основанного на разделении труда и местоположении производства. Прямым или косвенным следствием распада границ национальных рынков стало образование международных экономических организаций, возникших после второй мировой войны, призванных защищать интересы национальных государств. Распад национальных рынков привел к образованию интернациональных структур, интернационализации экономики. Этот процесс продемонстрировал развитие от локального к национальному и региональному или континентальному и далее к общемировому рынку, который для многих типичных современных средств производства, например, оборудования для выработки электроэнергии, является единственным рынком. Глобальные масштабы финансовых операций и услуг, обусловленные совершившейся благодаря электронике революцией в области технологии связи, во все возрастающей мере превращают национальные рынки в субсистемы единого всемирного рынка.

М. Кастельс, обращая внимание на самую новейшую стратегию инвестиций, говорит о нацеленности на строительство сети отношений между компаниями, оперирующими в разной институциональной среде. По его мнению, решающим фактором в глобальной конкуренции выступает информация с конкретного места. Информационная технология позволяет одновременно децентрализовать извлечение такой информации и интегрировать ее в гибкой системе выработки стратегий. Эта игнорирующая границы структура дает возможность мелким и средним фирмам связываться с крупными корпорациями, формируя сети, способные неустанно вводить инновации и осуществлять адаптацию. Фактической оперативной единицей становится скорее деловой проект, осуществляемый сетью, чем индивидуальная компания или формальная группа компаний. Деловые проекты осуществляются в разных областях деятельности, таких, как продуктовые линии, организационные задачи, территории. Информация циркулирует в сетях: в сетях между компаниями, в сетях внутри компаний, в персональных сетях и в компьютерных сетях [45].

Такая модель служила фундаментом конкурентоспособности японских компаний, в американских компаниях обычно используют модель единой глобальной стратегии.

Экономические агенты, работающие внутри глобальной сети, выходят за пределы национальных и географических границ. Однако глобальная экономика не является политически независимой, поскольку национальные правительства развитых стран играют важную роль в управлении экономическими процессами с целью реализации своих интересов. Но накопление капитала, концентрация знаний и управление информацией осуществляются с расчетом на глобальную экономику. Поэтому политическая зависимость глобальной системы определяет экономические процессы и стратегии конкурирующих агентов. В ближайшие десятилетия отношения взаимодействия между исторически сложившимися политическими институтами и все более глобализируемыми экономическими агентами будут важнейшими в моделях развития. Современный глобальный экономический кризис показал, что угроза национальным экономикам со стороны внешних и внутренних факторов стала реальной.

Обозначим принципы, определяющие управляемость глобальной экономики: 1) конструирование будущего вызывает эффект синергии в пространственных структурах, как объектах управления; 2) распределение рисков среди слабой периферии.

Вывод: 1) управляемость глобальной экономики осуществляется при помощи прогнозных оценок курса валют, процентной ставки за кредит, внедрения инноваций; 2) концепция управляющих параметров менеджмента постмодерна основывается не только на системном воздействии с помощью рычагов, но и конструировании будущего.



40. Никулин Л.-Л. Ф. Менеджмент эпохи постмодерна и «нью-экономики»: Монография. – М.: ЮНИТИ-Дана, 2001, с. 93.
41. Кастельс М. Информационная эпоха: экономика, общество и культура: Пер. с англ. – М.: ГУ ВШЭ, 2000, с. 102.
42. Сио К. Управленческая экономика: Пер. с англ. – М.: ИНФРА-М, 2000, с. 24.
43. Кастельс М. Указ. соч., с. 193.
44. Никулин Л.-Л. Ф. Указ. соч., с. 117.
45. Кастельс М. Указ. соч., с. 169.

предыдущая статья следующая статья

Cборник научных статей
«Глобальный экономический кризис: реалии и пути преодоления»,
СПб.: Институт бизнеса и права, 2009
© Институт бизнеса и права с 1994 года